ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Превращение всемирной истории во всеобщую, начинающееся с развития крупной промышленности уже при капитализме и в полной мере осуществляющееся лишь в коммунистической формации, и есть созревание общества как органического целого. В области методологии исследования общества это вызывает необходимость все большего перенесения центра тяжести на использование способа восхождения от абстрактного к конкретному. Ибо именно он преобладает при отображении зрелого органического целого.

Общество как зрелое органическое целое и есть подлинная история человечества в отличие от ее предыстории, есть коммунистическая формация. Следовательно, рассмотреть общество как органическое целое посредством способа восхождения от абстрактного к конкретному, то есть логическим способом, значит охарактеризовать коммунистическую формацию во внутренней (а также и внешней) взаимосвязи, взаимодействии ее сторон, в процессе развития.

Не случайно поэтому и наша попытка показать общество как органическое целое вместе с тем оказывается характеристикой коммунистической формации. Например, мы начали с рассмотрения потребностей человека, обусловленных его телесной организацией, затем перешли к характеристике производства, после чего как бы возвратились к рассмотрению индивида с его потребностями, но теперь он предстал в качестве индивида, производительно относящегося к природе и занимающего определенное место в производственных отношениях. Иначе говоря, мы пришли к понятию человека уже не просто как индивида, а также как личности. Человек как личность есть индивид, в котором индивидуально преломляется социальное, для которого поддержание физического существования является подчиненным по сравнению с потребностью в саморазвитии себя прежде всего как социального существа, как личности. (Развитие человека как индивида оказывается необходимым, но, в общем, подчиненным моментом саморазвития его как личности.) При этом саморазвитие каждого как личности необходимое условие саморазвития как личностей всех остальных людей, и наоборот.

Итак, мы пришли, характеризуя общество как органическое целое, к обсуждению, по сути дела, основной цели коммунистической формации. Разработка подхода к обществу как к органическому целому, иначе говоря, разработка целостного подхода к обществу чрезвычайно актуальна и для исследования всей коммунистической формации, и для практики социалистического строительства. Ибо такой подход дает возможность более глубоко объяснять различные социальные процессы, явления, служит методологической базой совершенствования управления развитием социалистического общества. Планирование и управление развитием всей жизни социалистического общества с необходимостью предполагает знание всех сторон и сфер жизни общества в их взаимосвязи, в их взаимодействии, в их функционировании, в их развитии, а следовательно, целостное теоретическое рассмотрение развития общества.

Коммунизм (включая и социализм как первую его фазу) есть подлинная история человечества как итог развития, как отрицание отрицания предшествующей истории.

История человечества, если выделить главное, основное направление развития, совершается по спирали.

Начальным пунктом истории было образование исторических предпосылок возникновения человечества в недрах природы и первоначальное возникновение, человечества. Здесь существует непосредственное единство возникающего человека, общества с природой (хотя это тождество, единство с различием).

Сначала присваиваются предметы потребления, данные в природе в готовом виде, и создаются орудия для их добывания и собирания. Предметы потребления главным образом добываются, собираются, а не производятся. Вместе с тем человек уже начинает производить орудия добычи и собирания. Но преимущественно он все же пользуется результатами природных процессов, протекающих без его вмешательства, т. е. природных процессов самих по себе.

Связи между индивидами также преимущественно природные, сложившиеся естественным путем. Возникающее производство лишь делает эти связи более устойчивыми, т. е. ведет к образованию коллективов, в которых индивиды относятся друг к другу по поводу размножения. Производственные отношения первоначально образуются в форме родовых отношений, но вряд ли к ним полностью сводятся. Иначе говоря, производственные отношения выступают в ферме естественных, природных отношений и в известной степени существуют слитно с ними.

По мере того как производство предметов потребления становится регулярным, постоянным[1], все более растет различие между отношениями по поводу размножения и производственными отношениями, а значит, между родом и общиной, и все более на первый план выдвигается община по сравнению с родом. В различии между родом и общиной проявляются различия и между естественными связями и производственными отношениями. Однако ни родовые связи не есть чисто естественные связи (это естественные связи, кристаллизующиеся, становящиеся устойчивыми под воздействием возникающего производства), ни общинные связи не есть чисто социальные связи (община всегда, пусть в опосредованном и превращенном виде, предполагает те или иные родовые связи). Классически развитого вида община достигает с переходом к скотоводству и земледелию. Но этот переход есть одновременно и достижение общиной своего наивысшего развития и вместе с тем начало ее разложения (с переходом к скотоводству и земледелию впервые создается возможность регулярного производства прибавочного продукта и начинает возникать частная собственность).

Собственно общество, человечество для человека первобытнообщинного строя ограничивается его общинным коллективом. Вместе с тем от всего остального окружающего мира человек еще не вполне отличает себя.

Применима ли к этой стадии развития человечества замечательная мысль К. Маркса: Непосредственное отношение собственников условий производства к непосредственным производителям отношение, всякая данная форма которого каждый раз естественно соответствует определенной ступени развития способа труда, а потому и общественной производительной силе последнего, вот в чем мы всегда раскрываем самую глубокую тайну, скрытую основу всего общественного строя...[2]? На наш взгляд, да. Конечно, следует учесть очень большое своеобразие этой стадии.

Впервые собственность на условия производства именно как собственность в отличие от владения и от пользования и как самостоятельное общественное отношение в отличие от естественных связей начинает оформляться в общине. Это общественное отношение существует в общине еще в природном освещении и как еще не вполне отделившееся от сугубо природных связей. В самом деле, общинная собственность, будь то у скотоводов или земледельцев, предполагает прежде всего собственность на землю. Но земля есть данное природой в готовом виде, непроизведенное средство производства[3].

Поскольку земля используется как средство производства, постольку отношение людей к природе опосредствовано, а значит, люди отличают себя от природы, сознают свое отличие от природы. Поскольку же земля есть непроизведенное, а взятое в природе в готовом виде средство производства, постольку связь людей с природой не опосредствована, постольку люди относятся к земле как к своему, употребляя слова К. Маркса, неорганическому телу, т. е. они не отделяют себя от земли и от всего, что на ней и в ней есть (от камней, деревьев, рек и т. д.). С этой последней точки зрения общественное отношение еще не проникло в производительное отношение человека к природе.

Кроме того, человек есть собственник в качестве члена общины, т. е. первоначально естественно сложившегося коллектива, коллектива, в котором всегда в том или ином виде имеются естественные связи как неотъемлемый момент общественных отношений. Следовательно, отношение членов общины друг к другу и опосредствовано производством, и дано как нечто природное. И пока земля как непроизведенное средство производства играет роль решающего средства производства, до тех пор сохраняется основа, в той или иной степени порождающая отношение человека к окружающей его среде как к своему неорганическому телу. Ибо действительное присвоение посредством процесса труда происходит при таких предпосылках, которые сами не являются продуктом труда, а представляются его природными или божественными предпосылками[4]. В этом отношении люди еще непосредственно едины с природой. Объективно существующая цель такого строя поддержание жизни человека как члена общины.

Следующая стадия развития человечества представляет собой отрицание предыдущей.

Переход к скотоводству и земледелию означает и развитие общины, и начало длительной, проходящей через многие эпохи, истории ее разложения. Развивается частная собственность. Развитие производительных сил отрицает прежний уровень и характер их развития: создается возможность регулярного производства жизненных средств свыше минимума, абсолютно необходимого для поддержания физического существования, возникает общественное разделение труда, в то время как прежде преобладало разделение труда на основании естественных различий (по полу, возрасту, индивидуальным естественным качествам). Совершенствование средств труда, приводимых в действие индивидуально, было основанием развития частной собственности.

Частная собственность развивалась путем преобразования общинной собственности, а следовательно, на всех этапах этого преобразования в той или иной мере и в том или ином виде предполагала существование общинной собственности.

С развитием частной собственности возникают антагонистические классы, эксплуатация человека человеком. Эксплуатация, поскольку она не ограничивалась случайным изъятием прибавочного продукта, а становилась постоянной и захватывала процесс производства, с необходимостью должна была включать присвоение другого человека (или других людей) как объективного условия производства. Но экономическое присвоение человека как объективного условия производства невозможно, если не подчинить его волю, если не применить к нему насилия, если не установить отношения господства и принуждения. Такого рода эксплуатация человека неизбежно требует более или менее постоянного и непосредственного политического принуждения, насилия и с необходимостью порождает такое насилие, т. е. экономические производственные отношения непосредственно предстают как политические, выступают слитно с политическими отношениями.

Так обстоит дело везде и до тех пор, пока земля как непроизведенное средство производства играет решающую роль в производстве и пока частная собственность не разложила окончательно общинную собственность, т. е. такое положение характерно для рабовладельческого и феодального обществ.

Однако, хотя частная собственность в этих обществах еще не преобразовала вполне унаследованную основу (отношение людей к средствам производства и отношения людей друг к другу, свойственные предыдущей стадии), но именно этапы, ступени развития, частной собственности, а не формы общинной собственности должны служить основанием деления на крупные периоды этой стадии истории человечества. Почему? Потому, прежде всего, что отношение к земле как непроизведенному средству производства и община на этой стадии в общем и целом разлагаются, а ведущим в развитии общества является совершенствование средств труда, производимых людьми, и причем длительное время преимущественно таких средств труда, которые приводятся в действие индивидуально.

Апогея первое отрицание прежней стадии достигает при капитализме.

По мере развития производительных сил все большую роль в производстве начинают играть произведенные средства производства. Вначале это главным образом средства производства, приводимые в действие индивидуально. Соответственно развивается собственность, принадлежащая отдельным индивидам и основанная на собственном труде. (Конечно, полного исчезновения черт предыдущей стадии не происходит. Примером может служить средневековая организация городских ремесленников.) По мере развития этой собственности связь индивидов в производстве все больше осуществляется через обмен продуктами обособленных индивидуальных производителей, Такой, обмен означает вместе с тем расширение рынка, рост многообразия потребностей. Дальнейший рост рынка ведет к производству на рынок, к подчинению производства обмену. Это вызывает необходимость в увеличении производства, в увеличении его масштабов, приводит к разорению и обнищанию одних и к сосредоточению средств производства в руках других, отделению средств производства от производителей. (Мы здесь ведем речь о главной линии и притом в самом общем виде.)

Произведенные средства производства приобретают решающую роль в процессе производства. Это обстоятельство, а также связь между производителями посредством обмена продуктов труда представляет собой отделение социальных отношений от природных связей, отделение человека от природы и притом отделение качественно иного уровня, по сравнению с господством общинной формы собственности. Вместе с тем это отделение осуществляется не полностью.

Действительно, решающая роль произведенных средств производства означает, что отношение производителя к средствам производства в масштабах общества в целом опосредствовано трудом, а потому исчезает глубинное основание для отнесения производителя к объективным условиям производства, для отождествления человека со средствами производства.

Но различие между человеком и природой даже в условиях высшего развития частной собственности, которое имеет место при капитализме, с одной стороны, не доходит до конца, а с другой выступает как разрыв. Оно не доходит до конца, так как люди в процессе производства связаны только посредством обмена вещей, продуктов труда, а потому и производители выступают как произведенные вещи, как продукты труда и как продукты труда они покупаются и продаются. (Продуктом труда является не тело человека как таковое, а его способность к труду.)

Различие между человеком и природой в условиях частной собственности есть разрыв между ними. Разрыв между человеком и природой в высшей степени развивается при капитализме. Природа в качестве условий производства враждебно противостоит работнику, лишенному средств производства. Частные собственники стремятся к использованию ее в узких, своекорыстных интересах. В условиях господства частной собственности преобладает стремление к порабощению природы, к господству над ней. Это порабощение включает две стороны: с одной стороны, это преобразование природы в нужном людям направлении, а с другой, она оказывается лишь рабом, с которым можно не считаться, силы которого можно нещадно эксплуатировать. При таком положении, когда производительные силы развиваются настолько, что люди становятся способными подчинить себе всю окружающую земную среду, наступает конфликт между человеком и природой экологический кризис, грозящий самому существованию человечества. В условиях частной собственности возникает, нарастает и при капитализме получает свое высшее развитие также разрыв между людьми и порожденными ими социальными силами. Силы взаимодействия людей все больше противостоят самим людям, разъединенным частной собственностью, растет разрыв, противоречие между классами, между человеком и обществом. К проявлениям стихийного действия социальных сил относятся, например, анархия производства, экономические кризисы.

В недрах капитализма и его необходимым развитием создаются материальные и духовные предпосылки упразднения капитализма и частной собственности вообще.

Важнейшей материальной предпосылкой упразднения капитализма и всей частной собственности является то, что произведенные средства производства, став решающими, приобретают общественный характер. Кооперативный в конечном счете, общественный характер средств производства, становится технической необходимостью на той стадии производства, когда оно превращается в машинное: машины, а в особенности система машин и создаются и приводятся в действие многими людьми, коллективно.

Вместе с тем, если до появления крупной промышленности ту или иную техническую структуру находили эмпирическим путем, то с появлением крупной промышленности положение резко изменилось: технические структуры обнаруживаются теоретическим путем, и это имеет огромное значение для развития и самого существования частной собственности[5]. В ходе развития крупной промышленности первостепенным становится не непосредственный труд, а технологическое применение естествознания и та всеобщая производительная сила, которая вырастает из общественного расчленения труда в совокупном производстве и выступает как природный дар общественного труда (хотя и является историческим продуктом)[6]. Но сущность капитала производство прибавочной стоимости, а прибавочная стоимость создается живым непосредственным трудом, Следовательно, капитал, развивая крупную промышленность, готовит тем самым условия собственного разложения и предпосылки будущего, коммунистического общества.

Коммунизм есть отрицание отрицания.

Социалистическая революция начало единства между человеком, обществом и природой, между человеком и обществом. Происходит как бы возвращение к первоначальному единству с природой. Но это лишь как бы возвращение, ибо единство устанавливается с сохранением всего положительного, что было достигнуто на стадии первого отрицания. Люди продолжают, стремиться к овладению природой, располагая для этого колоссальными возможностями. Но это такое овладение, которое вместе с тем должно быть сохранением и совершенствованием природы. Таково именно коммунистическое отношение к природе.

Уже при капитализме образуются предпосылки для отрицания отрицания исходного характера использования человеком природы в производстве. Если исходным в истории человечества было использование природы просто как данной, непреобразованной, то затем человек стал преобразовывать объект посредством модифицированного предмета природы. Соответственно, главным преобразователем был непосредственный труд. В ходе же развития крупной промышленности и особенно на ее высшей ступени автоматической системе машин в качестве промежуточного звена между собой и неорганической природой, которой рабочий овладевает, он помещает природный процесс (подчеркнуто нами В. В.), преобразуемый им в промышленный процесс[7]. Следовательно, происходит как бы возвращение к исходному пункту, к использованию самодействия природных процессов, но это не просто возвращение к началу, одновременно сохраняются и достижения первого отрицания: человек сознательно направляет природные процессы для получения нужного ему полезного эффекта.

Однако при капитализме всеобщее богатство развивается в антагонистической форме. С одной стороны, капитал, пишет К. Маркс, вызывает к жизни все силы науки и природы, точно так же как и силы общественной комбинации и социального общения, для того чтобы созидание богатства сделать независимым (относительно) от затраченного на это созидание рабочего времени. С другой стороны, капитал хочет эти созданные таким путем колоссальные общественные силы измерять рабочим временем и втиснуть их в пределы, необходимые для того, чтобы уже созданную стоимость сохранить в качестве стоимости[8].

Лишь обобществление собственности на средства производства устраняет это противоречие и открывает простор свободному развитию богатства общества. Действительное богатство общества, если отвлечься от его буржуазной формы, есть не что иное, как постоянное производство и воспроизводство человеком себя в качестве целостного, универсального, гармоничного[9].

Обобществление средств производства, осуществляемое впервые в социалистической революции, есть устранение социальных сил как отделенных от человека и враждебных ему. Установление общественной собственности на средства производства есть отрицание частной собственности и вместе с тем как бы возвращение к исходному пункту, к общинной собственности. И общинная, и общественная собственность собственность коллектива. Но общественная собственность в отличие от общинной не есть собственность группы людей, а есть собственность всего общества. В наиболее развитом виде общественная собственность представляет собой собственность всего обобществившегося человечества. Кроме того, в общественной собственности сохраняется в преобразованном виде то положительное, что достигнуто в процессе развития частной собственности.

Цель обобществившегося человечества свободное, всестороннее, гармоничное развитие каждого человека, которое выступает и как самоцель и как необходимое условие такого же развития всех остальных людей. Эта цель тоже отрицание отрицания. Исходным пунктом было воспроизведение физического существования члена общины как цель и как условие физического существования других членов общины и самой общины в целом. По мере того, как развивалась частная собственность, целью общественного развития становилось производство и воспроизводство частных собственников в качестве частных собственников, люди, в той или иной степени лишенные частной собственности, эксплуатируемые классы выступали в масштабах общества как средство для этой цели. Развитие частной собственности было вместе с тем все большим отделением частной собственности от непосредственной связи с индивидуальностью собственников и с природными условиями, т. е. частная собственность приобретала все большую самостоятельность по отношению к личности собственника и к природе. При капитализме эта самостоятельность полностью развивается. Поэтому и главной целью общественного развития становится не индивидуальное потребление частной собственности, а ее постоянное производительное потребление как самовозрастающей частной собственности. Таким образом, и сам частный собственник, пусть он и удовлетворен своим положением, является в известной мере средством движения частной собственности, социальных сил, созданных людьми, обособившихся от людей и подчинивших себе людей.

При коммунизме целью общественного развития снова становится каждый человек. Но теперь это уже человек не как член ограниченной общины, а как член человеческого общества в целом. Достижения классовоантагснистической стадии общественного развития не устраняются. Ведь именно в ходе развития частной собственности и, конечно, главным образом, в процессе развития капиталистической частной собственности создаются, хотя и в ограниченной степени, международные производственные отношения, универсальные потребности и т. д. и т. п. Но происходит очищение от антагонистической формы развития: главной целью является не просто производство физического существования индивида, не просто потребление им материальных и духовных благ в качестве обособленного индивида, а производство и воспроизводство человека как члена человечества, как члена человеческого общества.

Так как коммунизм есть отрицание отрицания, то он не может быть достаточно понят без учета того, что им отрицается. Теория коммунистического общества необходимо предполагает и включает в себя рассмотрение всей истории возникновения, формирования и развития человечества.

Таким образом, вопросы, анализировавшиеся в брошюре, оказываются методологическими вопросами изучения подлинной истории человечества коммунизма как необходимого результата всего развития человечества.



[1] При определенных благоприятных обстоятельствах даже собирательство, охота, рыболовство могут уже на заре человеческой истории давать регулярную продукцию. Однако эта регулярность кроется именно во внешних природных условиях, а не в самих собирательстве, охоте, рыболовстве. Лишь с возникновением скотоводства и земледелия возникает такой труд, который по своей природе позволяет регулярно получать средства к жизни.

[2] К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. II, с. 354.

[3] См.: К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 25, ч. II, с. 392.

[4] К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 46, ч. I, с. 463.

[5] См.: К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, с. 497.

[6] К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 46, ч. II, с. 208.

[7] К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. т. 46, ч. II, с. 213.

[8] Там ж е, с. 214.

[9] См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 46, ч. I, с. 476.